Skip to Content

СОЦИАЛЬНОЕ ПРОСТРАНСТВО СОВРЕМЕННОЙ ДАГЕСТАНСКОЙ ЖЕНЩИНЫ.

К позициям, характеризующим гендерную специфику социального пространства жителей Дагестана, можно отнести семейное, политическое и культурное поля, которые имеют достаточно четкую иерархию и структуру.
Социальное пространство женщин Дагестана исторически формировалось под воздействием не только хозяйственно-экономических и общественных условий жизни, но и господствовавших в обществе на каждом этапе развития идеологических взглядов, этнокультурных традиций, постулатов исламской религии, гендерных стереотипов о предназначении полов.
Общеизвестно, что статус женщин, проживавших в Дагестане 100 лет назад, отличался существенным ограничением политических и гражданских прав по сравнению с мужчинами. Положение мужчин и женщин в традиционном мусульманском обществе утверждало разные схемы двух жизненных основ, обеспечивая изначальное, условно природное превосходство мужчины над женщиной. В советский период дагестанские женщины активно обучались грамоте, получали образование в вузах и техникумах, становились ведущими специалистами, реализовывались во властных структурах.
Обучение русскому языку, вовлечение в профессиональную и общественную деятельность значительно расширили сферу самореализации женщин, раздвинув тем самым границы социального пространства. Однако следует отметить, что эти процессы в большей степени были распространены в городской среде. В сельской местности и в советский период население придерживалось традиционных для ислама представлений о главенстве мужчины в семейном, политическом и культурном полях.
В результате экономических и социально-политических трансформаций, произошедших в России после распада СССР, дагестанское общество оказалось под влиянием сразу двух культур: традиционной исламской с ее патриархальными устоями и цивилизованной модернистской, ориентированной на гендерное равноправие. Сегодня на улицах Махачкалы можно встретить и «закрытую» мусульманку, и европейскую раскрепощенную модницу.

Исследование повседневных практик показывает заметную дифференциацию социального пространства дагестанских женщин в зависимости от места проживания. Так, для городских женщин и обучающихся в городах селянок стандартом является общее и профессиональное образование, им доступны телевидение и Интернет, участие в общественной и политической деятельности. В городах для женщин существует негласный запрет на посещение баров и других развлекательных заведений, но эти ограничения нередко не соблюдаются. Дагестанские женщины активнее мужчин усваивают русские паттерны восприятия действительности и в определенной степени играют роль проводников русской культуры. Например, махачкалинки практически без акцента говорят по-русски, интересуются русской и западной культурой. Открытость городских женщин для цивилизованных поведенческих схем, желание усвоить нормы и ценности российского общества свидетельствует о существенном объеме инкорпорированного культурного капитала.
Тем не менее сегодня в Дагестане реализуется еще спектр социальных практик, которые условно можно назвать иждивенческими, особенно они развиваются в среде женщин. К числу таких практик прежде всего следует отнести жизнь на пособия по безработице, пенсию по инвалидности и т. п. Многие женщины и мужчины в республике «выправляют» себе пенсии по возрасту или по инвалидности и живут на эти деньги, практически нигде не работая. Мало того, что такой образ жизни приносит прямой ущерб государству, от этого страдают и различные сферы народного хозяйства. С каждым годом все большее количество семей на селе отказываются от содержания домашнего скота, от возделывания огородов и садов. В итоге создается благодатная почва для роста протестных настроений, которые реализуются в экстремизме и террористической деятельности.
Между тем сельское население республики втрое превышает по численности городское. В отличие от городов, в селах Дагестана наблюдаются процессы возрождения исламской и патриархальной национальной культуры, снижения роли и уровня школьного образования, определенной архаизации общества, что приводит к жесткому структурированию социального пространства женщин.
Например, в селах Дагестана четко определены места, традиционно закрепленные за мужчинами и женщинами. Для мужчин это площадь у магазина или клуба, где они собираются каждый вечер (годекан). Местом общения женщин определен родник, куда они ходят не просто за водой, но и чтобы поделиться новостями. Женское социальное пространство достаточно закрыто и существует параллельно мужскому. Скажем, на свадьбе мужчины и женщины сидят за разными столами и встречаются только в танце. Здесь необходимо отметить: чем сильнее воздействие религиозного фактора на сельское сообщество, тем интенсивнее гендерное разграничение пространства. В этом смысле технический прогресс в виде отопления, воды и прочих бытовых благ в доме приводит к еще большей изоляции женщины, уже не имеющей возможности «сбежать» из дома даже к роднику.
Поле семьи для дагестанской женщины является самой понятной сферой социального взаимодействия, правила которого десятилетиями передаются от матери к дочери, от поколения к поколению, и эта норма характерна для традиционного уклада жизни большинства и сельских, и городских семей Дагестана. Восприятие женщины как матери, хранительницы очага относится к числу устойчивых гендерных стереотипов общественного сознания. Гендерные роли в семье дифференцированы: к женским обязанностям, среди прочего, относится приготовление пищи, поддержание порядка, к мужским — зарабатывание денег (основной заработок), строительные и ремонтные работы в доме. Воспитанием детей, как правило, занимаются оба родителя. В случае развода дети остаются с отцом.
Политическое поле в Дагестане является безусловной мужской территорией. Влияние женщин в сфере политики довольно слабое, а в сельской местности практически сведено к нулю. постепенно с них вытесняются, в особенности в сельской местности.
Что касается экономического капитала, то в Дагестане его основными обладателями также являются мужчины как наиболее «капитализированные» агенты взаимодействия.
Таким образом, социокультурную модель жизненного пространства современной дагестанской женщины можно охарактеризовать как модель взаимопроникновения исламизированного и цивилизованного стилей жизни. Детерминантами преобладания того или иного стиля выступают место проживания, уровень образования, сфера занятости, характерные для общественного сознания гендерные стереотипы.

Автор:Мутаев У.К.

Предыдущий
Следующий

1 комментарий

  1. Очень интересные наблюдения. На мой вгляд, женщины в общей своей массе деградируют по сравнению с советским периодом…

Ответить

Ваш email не будет опубликован Обязательное поле для заполнения *

*